Оборудование для производства окон ПВХ

Милитаристский характер китайского государства проявляется в гипертрофированной роли армии в экономической жизни страны. Метод командования из армейской практики прочно перекочевал в сферу каждодневной гражданской действительности.

Представляется не лишним напомнить, что в дореволюционном Китае отмечалась исключительно высокая степень участия армии, как главнейшего атрибута государства, власти, в хозяйственной жизни общества. В годы войны против японской агрессии, например, гоминьдановские военные власти как в центре, так и на местах активно вмешивались в экономические процессы. Под жестким военно-административным контролем находилась хозяйственная деятельность в районах, освобожденных в ходе гражданской войны от гоминьдановского господства. Руководящая роль Народно-освободительной армии в организации хозяйства на освобожденных территориях была обусловлена остротой военно-политической обстановки, отсутствием на местах выборных органов власти, нехваткой хозяйственных кадров. В тех условиях хозяйственная деятельность армейских органов была, несомненно, объективно необходимой. В то же время фактически неограниченные полномочия армии порождали и серьезные отрицательные явления: разного рода беззакония, произвол, широкое применение методов принуждения по отношению к трудящимся. В какой-то мере терпимые в сложных условиях военного времени, эти черты сохранились, однако, и в последующей практике государственного и хозяйственного строительства в Китае. Со времени же «большого скачка» военно-административные методы руководства народным хозяйством стали по существу определяющими в деятельности государства.

Ликвидация в период «культурной революции» всех звеньев законных органов власти наряду с усилением роли армии в управлении народным хозяйством создавала благоприятную почву для дальнейшей концентрации функций по формированию политического курса и контролю за его реализацией в руках Мао Цзэдуна и небольшой группы близко стоявших к нему лиц. Экономическая политика с этого периода определялась не решениями партийных съездов, пленумов, не постановлениями правительства и его органов, а указаниями «революционного штаба», возглавляемого Мао Цзэдуном. Чаще всего такими установками считались отдельные мысли, фразы, даже обрывки фраз «великого кормчего», культ личности которого достиг своего апогея. При всей бессвязности, абсурдности большинства политических установок того времени в них тем не менее отчетливо прослеживалась общая направленность. Она заключалась в том, чтобы любой ценой сохранить и укрепить социальную опору маоистской власти, обеспечить наращивание военной мощи страны в целях достижения мировой гегемонии.

После прихода к власти нового руководства значение армии в государственном и хозяйственном строительстве несколько уменьшилось. Однако в целом военные методы руководства, командование и администрирование во многом сохраняют свою силу в сфере хозяйствования и сегодня. Армия изображается как пример «демократической» организации жизни. В докладе о проекте конституции на 1-й сессии ВСНП в 1978 г. говорилось: «Наша Народно-освободительная армия... осуществляет в ротах «три великие демократии», то есть политическую, хозяйственную и военную демократию... Раз это можно сделать в армии, держащей в руках оружие, то почему же на заводах и фабриках, в деревнях, торговых предприятиях, учреждениях и учебных заведениях нельзя сделать то же самое?» Армия в КНР по-прежнему активно привлекается к проведению в жизнь внутриполитического курса пекинского руководства. Как сообщалось в китайской печати, в течение 1980 г. «свыше 50 гыс. групп военнослужащих было направлено в более чем 150 тыс. населенных пунктов и учреждений для разъяснения конкретных вопросов».

Позорный провал военной интервенции против социалистического Вьетнама в 1979 г. выявил несостоятельность гегемонистских целей пекинских властей, лидеров. По заключению многих иностранных военных специалистов, Китай, намеревавшийся «преподнести урок» миролюбивой соседней стране, намного уступающей и по численности населения, и по размерам промышленного потенциала, потерпел сокрушительное поражение. «Вьетнамский урок», нанесший тяжелый урон экономике СРВ, стоивший многих тысяч жизней обоим народам, обернулся немалыми материальными потерями и для народного хозяйства Китая. Итоги военной авантюры были использованы китайской военщиной для дальнейшего усиления милитаризации страны. По официальным данным, расходы на военные цели в 1979 г. не только возросли против предыдущего года, но и более чем на 2 млрд. юаней превысили намеченную бюджетом сумму.

Милитаристская направленность политики китайского руководства, таким образом, затрагивает различные стороны социально-экономического развития страны. Эта политика, определяемая гегемонистскими устремлениями, служит сильнейшим тормозом для поступательного движения китайского общества, причиной неизбежных срывов любых программ развития народного хозяйства.

Дата: 29 сентября 2011