Оборудование для производства окон ПВХ

Бальмонт в новогоднюю ночь тайно покидает Москву и уезжает за границу. Через год он вернулся, чтобы забрать семью в Париж, где прожил еще шесть лет. В феврале 1913 года по случаю 300-летия дома Романовых в России была объявлена амнистия, позволившая Бальмонтам ненадолго возвратиться в Москву. 5 мая 1913 года на Брестском вокзале поэту была устроена исключительно торжественная и многолюдная встреча. Среди собравшихся — Валерий Брюсов и Владимир Маяковский. Газеты потом писали: «К. Д. Бальмонт бросал в толпу ландыши» 15. «В Москве,— вспоминала Е. А. Андреева-Бальмонт,— нас встретили на большом красном автомобиле и курсистки бросали букеты цветов в машину. Мы приехали в дом к бабушке» 16. (Это тот самый дом в Брюсовском переулке, который был связан с лучшими, счастливыми днями поэта.) 7 мая Бальмонта восторженно принимали в Обществе свободной эстетики, где у него состоялся творческий диспут с Маяковским. На дерзкие нападки Маяковского Бальмонт с гордостью отвечал: «Поэт не знает, что такое презрение» п. Вероятно, именно к этому времени относится единственная встреча Бальмонта с замечательным русским композитором А. Н. Скрябиным. Поэт с детских лет боготворил музыку, знал и любил многих композиторов, но особенно близко было ему искусство Скрябина. В 1917 году Бальмонт издал книгу «Светозвук в природе и световая симфония Скрябина», в которой привел яркое описание встречи с музыкой Скрябина в доме композитора в Николопесковском переулке: «После того, как целый год я был в Океании, на Яве, на Цейлоне и в Индии я вернулся в Париж. После тропической природы и восточной музыки я нестерпимо жаждал столь любимого мной с детства фортепиано. В один из первых вечеров я пошел слушать одного знаменитого пианиста. Но вместо наслаждения я испытал мучение-После первого отделения я ушел. Вскоре после этого я приехал в Москву и здесь увидел Скрябина. Эта встреча навсегда сохранилась в моей душе, как видение ослепительной музыкальности. Это было видение поющих, падающих лун. Музыкальных звездностей. Арабесок, иероглифов и камней, изваянных из звезд. Движение огня. Прорывы солнца. Клич души к душе. Откровенье, дошедшее с другой планеты. Певучая озаренность самого воздуха, в котором двигался этот пленительный ребенок богов. Это было то же фортепиано. Но на этот раз оно оправдывало свое наименование. Это была сильная нежность, могучая нежность» 18. Вскоре Бальмонт вновь оставляет Россию на два года. В конце мая 1915-го он возвращается из Парижа в Москву вместе с Еленой Константиновной Цветковской и дочерью Миррой. В первые дни поэт останавливается на Волхонке в доме № 14. Начинается вживание в родную стихию, явственно сквозящее в письмах к Е. А. Андреевой-Бальмонт: «Мне хорошо между Брюсовским и Волхонкой. Я еще долго мог бы жить здесь в Москве, в тишине пустого дома, чувствуя по ночам, какая это свобода быть одному. Я устаю, конечно, за день, но сколько для меня впечатлений от разных встреч и разговоров, что я как будто читаю солнечную летопись. Я снова в России. Это сказочно».

Дата: 08 ноября 2011